Удержи мечту [= Белый танец ] - Нора Робертс

Как всегда страстная и импульсивная, Марго с нетерпением ожидала рождения младенца. Боже, что же теперь будет с этим младенцем?! Кейт зажмурилась.

– Марго не хотела знать заранее, мальчик это или девочка, – прошептала она. – Ей всегда нравились сюрпризы. Но имена на всякий случай приготовили: для девочки – Сюзанна в честь тети Сюзи и Энни, а для мальчика – Джон Томас, в честь отца Марго и дяди Томми. Ох, Байрон, что будет, если…

– Не думай об этом. Постарайся держать себя в руках.

Он крепко сжал ее запястье.

– Стараюсь.

Кейт и в самом деле пыталась унять дрожь, но у нее плохо получалось.

Вот впереди показалось большое белое здание.

– Ради Бога, скорей!

Она хотела первой броситься к дверям, но Байрон удержал ее.

– Знаешь что, давай-ка лучше я схожу и узнаю. Ни к чему тебе туда соваться.

– Нет, я сама! Я справлюсь!

Байрон понял, что спорить с ней бесполезно; в больницу они вошли вместе.

Марго поместили в родильное отделение. Кейт быстро шла по коридору, стараясь отключиться от ненавистных звуков и запахов больницы. К родильному отделению она относилась еще терпимо – ведь здесь родились дочери Лоры. Надо помнить о том, что в больницах не только умирают, но и рождаются!

Лора была уже здесь.

– Я тебя ждала. – Она обняла Кейт за плечи. – Все уже собрались. А Джош в палате, рядом с Марго.

– Что случилось? Как она? Что с ребенком?

– Кажется, пока все в порядке, – Лора старалась сохранять спокойствие. – У нее начались преждевременные роды, кровотечение и все такое.

– О Господи!

– Кровотечение им удалось остановить, – Лора глубоко вздохнула; хотя она изо всех сил старалась, чтобы голос звучал ровно, в глазах ее застыл страх. – Энни заходила в палату. Говорит, что Марго держится молодцом. Сейчас врачи пытаются остановить схватки, стабилизировать ситуацию.

– Ведь она только на восьмом месяце!

Кейт вошла в комнату ожидания, увидела знакомые, встревоженные лица и усилием воли придала лицу безмятежное выражение.

– Энни! Я уверена, все будет хорошо. Ты же знаешь, какая она сильная и упрямая.

– В постели она кажется совсем маленькой и хрупкой, – всхлипнула Энн. – Господи, Кейт, она такая бледная! Хоть бы врачи ей помогли!

– Энни, нужно сделать кофе, – деловито сказала подошедшая Сьюзен. – Ты мне поможешь?

Она увела Энни прочь; Кейт и Лора растерянно переглянулись.

– Ничего, Сюзи за ней приглядит, – сказал Томас.

Он придерживался мнения, что в такой ситуации мужчинам лучше на первый план не лезть.

– Садись, Кети. Ты сама бледнее смерти.

– Но я хочу ее увидеть! – Кейт вдруг показалось, что стены больницы сжимаются, готовые ее раздавить; накатила всегдашняя паника. – Дядя Томми, попроси, чтобы меня к ней пустили!

– Хорошо, я постараюсь. – Он поцеловал ее в щеку. – Ты посиди здесь. Но сначала я схожу проведаю девочек. Они тоже здесь, в больнице; их куда-то увела медсестра.

– Представляю, как они встревожены. Ведь Али просто обожает Марго.

– Ну, они пока, слава Богу, не все понимают. Байрон, пригляди за всеми моими женщинами. Я скоро вернусь.

– Не беспокойтесь. А ты садись, – прошептал Байрон, обращаясь к Кейт. – Я, пожалуй, взгляну, как там Энн. Заодно помогу сварить кофе.

– Лора, может, ты мне наконец объяснишь, как все это произошло? – спросила Кейт.

– Джош позвонил мне из автомобиля. Он сам отвез Марго в больницу: не захотел ждать «скорую помощь». Голос у него был спокойный, но я-то знаю, что он в этот момент чувствовал… Ночью Марго пожаловалась на боль в пояснице. Джош хотел сразу вызвать «скорую», но она убедила его, что это ерунда и скоро пройдет.

– Она слишком много работала! Все из-за этого проклятого аукциона. Нужно было отменить его в этом году.

«Это я виновата, – в отчаянии подумала Кейт. – Мне следовало настоять!»

– Но результаты последних тестов были совершенно нормальными, – сказала Лора. – Никаких поводов для тревоги. А утром Марго пошла в душ и вдруг закричала, позвала Джоша. У нее шла кровь, начались схватки… Пока я добиралась до госпиталя, ее уже увезли в родильное отделение. Я ее так и не видела.

– Но ведь нас к ней пустят?

– Пусть только попробуют не пустить! Байрон принес кофе, и Лора взяла у него чашку, даже забыв сказать «спасибо».

– Ждать – хуже всего. – Он сел рядом с Кейт. – Помню, как тяжело рожала своего первого моя сестра Мэг. Тридцать часов, представляешь? Когда мечешься за дверью и ждешь, кажется, что это целая вечность.

«Главное – не молчать, – сказал он себе. – Надо нести любую чушь, лишь бы не было этого тягостного молчания».

– Слава Богу, все обошлось благополучно. Ребенок весил целых девять фунтов. Мэг, разумеется, божилась, что больше никогда в жизни рожать не будет, но тем не менее произвела на свет еще двоих.

– А у меня все прошло очень легко, – сообщила Лора. – Али я рожала всего девять часов, а Кейла вообще уложилась в пять.

– Это ты сейчас так говоришь, – усмехнулась Кейт. – А я помню, как ты мне чуть руку не вывихнула, когда рожала Али. Да и с Кейлой…

В дверях появилась медсестра, и она не договорила.

– Мы хотим немедленно увидеть Марго Темплтон, – угрожающим тоном начала Кейт. – И если…

– Мне об этом, известно, – сухо ответила медсестра. – Миссис Темплтон и сама хочет вас видеть. Идите за мной, пожалуйста. Но учтите: в вашем распоряжении всего несколько минут.

Она повела их по широкому коридору. Кейт старалась не слышать, как по больничному линолеуму шаркают подошвы. «Здесь так много дверей! – думала она. – Белых, закрытых дверей. А за ними люди. Люди лежат на кроватях, кровати отгорожены ширмами. Пищат и пульсируют датчики; повсюду капельницы и иглы. А потом приходят врачи с грустными усталыми глазами и говорят, что твои родители умерли, ушли навсегда, и ты теперь совсем одна…»

– Кейт… – Лора ободряюще положила ей руку на плечо.

– Со мной все в порядке, – усилием воли Кейт отогнала панику. – Не беспокойся.

Медсестра открыла дверь, и они увидели палату – удобную и даже какую-то жизнерадостную. Именно в такой и должен появляться на свет человек. Мягкое кресло-каталка, растения в горшках. тихая музыка Шопена… Все в высшей степени чинно и благопристойно.

Но датчики были и здесь. Они пищали и пульсировали, а кровать была отгорожена белой ширмой.

За ширмой лежала Марго. Она была белее мела, пышные волосы разметались по подушке. Из капельницы в вену медленно поступала какая-то прозрачная жидкость. Одной рукой Марго держалась за живот, другую ее руку сжимал Джош.